Слово «отряд» Наполеону ничего не говорило
В корреспонденции Орнано не хватало главного: сколько людей отправлено охранять транспорт? 6 октября Наполеон потребовал указывать численность всякий раз. Само слово «отряд» ничего ему не объясняло.
Орнано и Бруссье велели собрать три сильных отряда пехоты и кавалерии, разведать казачьи стоянки и ночью устраивать засады у уязвимых участков дороги. Подробные рапорты требовались ежедневно.
По этой коммуникации должны были идти припасы и госпитальные повозки. Приказ ещё не означает, что охрану наладили. Но его вопрос точен: сколько людей защищает дорогу и достаточно ли их?
Читайте далее: https://historydays.ru/1812/serial-1812-ser-1812-2026-10-11/
Для 300 тысяч детей и женщин просили места и вагоны
11 октября 1941 года областные руководители Черноусов и Тарасов просили Николая Шверника разрешить эвакуацию трёхсот тысяч детей и женщин из московских пригородов. По их оценке, налёты участились, надёжных убежищ не было, а впереди была зима.
Нужны были сразу три решения: разрешение на выезд, места назначения и вагоны Наркомата путей сообщения. В начале письма особо названы дети, матери и беременные женщины; итоговая цифра относится к детям и женщинам без подробного разделения.
Приложенная справка не опубликована. Ответа и ведомостей поездов в документе нет. Триста тысяч — масштаб просьбы, а не число уже уехавших. Для них ещё предстояло получить направление и транспорт.
Читайте далее: https://historydays.ru/velikaya-otechestvennaya/serial-ww2-ww2-s194110-11-suburban-evacuation-request/
У Старицы строили оборону, когда начался бой
10 октября 1941 года у Кацыня и Старицы начался бой. По рассказу, приведённому в редакторском примечании к докладу 173-й дивизии, часть комиссара Толмачёва ещё готовила оборону на юго-запад, когда главный удар пришёл с северо-востока, в тыл.
Деревню охватывали с нескольких сторон. Подразделения капитана Грицуна и помощника начальника штаба Бронштейна контратаковали и, по этому свидетельству, заставили противника отойти. Сам доклад сообщает о разгроме разведывательной группы 1315-м полком и захвате противотанковой пушки, оружия и боеприпасов.
Но второй батальон 1315-го потерял около десяти процентов состава и четырнадцать пулемётов. Категории людских потерь не разделены. Только накануне дивизии поручили прикрывать отход других частей — теперь эта задача уже стоила новых людей и оружия.
Читайте далее: https://historydays.ru/velikaya-otechestvennaya/serial-ww2-ww2-s194110-10-katsyn-battle/
Новый офицер сел за стол Пущина
Несколько дней назад фельдфебеля роты Пущина произвели в офицеры. 10 октября он обедал у своего капитана и так смущался оказанной честью, что Пущина это смешило.
Чин уже изменился, а приглашение к прежнему начальнику ещё заставляло гостя теряться. Ни разговора, ни меню дневник не сохранил — только эту разницу между смущённым гостем и весёлым хозяином.
Позднее Пущин вписал имя: Иван Алексеев. В 1848 году тот служил в Инженерном замке уже в штаб-офицерском чине. За коротким лагерным эпизодом проступила дальнейшая жизнь человека.
Читайте далее: https://historydays.ru/1812/serial-1812-ser-1812-2026-10-10/
После лесного выхода дивизии поручили прикрывать отход
На рассвете 9 октября 1941 года основная группа 173-й дивизии вышла к Ульянову. Здесь отходили части 50-й армии. Полковник Аргунов поставил новую задачу: занять рубеж Дурово — Старица — Ульяново и оборонять само Ульяново.
Вновь собрались 1313-й и 1315-й полки, сапёры и другие подразделения; сохранились штаб и политотдел. Отсечённого 1311-го с ними не было. Люди пришли с потерями, а боеприпасов, топлива, еды и медицинской помощи, по воспоминаниям Первенцева, недоставало.
Теперь дивизия должна была прикрывать тех, кто ещё выходил. Лесной переход закончился новой боевой задачей. Уже 10 октября доклад отмечает бой у Кацыня и Старицы, в котором будет действовать прежде всего 1315-й полк.
Читайте далее: https://historydays.ru/velikaya-otechestvennaya/serial-ww2-ww2-s194110-09-ulyanovo-task/
Дома уже знали, что Пущин не ранен
9 октября Пущин получил письма из Петербурга. Дома уже знали, что он не ранен при Бородине. Капитан очень обрадовался: весть о его целости дошла до близких.
Сам он знал, как путаются известия после боя. У Можайска о брате Николае говорили разное: то оторвало ногу, то ранило пулей. Оказалось, первое случилось с другим Николаем, дальним родственником; брат был ранен пулей.
Теперь неопределённости стало меньше хотя бы в собственной переписке. Из армии в столицу дошла весть о Пущине, а из столицы вернулось подтверждение, что дома её получили.
Читайте далее: https://historydays.ru/1812/serial-1812-ser-1812-2026-10-09/
Ради сказочника оставались ночевать
Когда-то солдат бежал из роты. Его поймали, судили и прогнали сквозь строй; потом им пренебрегали. Во время отступления от Вильно офицеры заметили, что по ночам вокруг него собираются товарищи и смеются. Оказалось, он рассказывает сказки.
Его позвали к офицерам. Сначала стеснялся, затем разговорился. Под Тарутином ради его рассказов гости уже оставались ночевать.
Спустя годы Митаревский осуждал грубость этих сказок, но помнил, как охотно их слушали. Под Малоярославцем солдата ранило. Рота потеряла его из виду; дальше его судьба в воспоминаниях не прослеживается.
Читайте далее: https://historydays.ru/1812/serial-1812-ser-1812-2026-10-08-storyteller/
Берёзовый листок достался Лене Беловой
После тяжёлого октябрьского боя батальону приказали уходить небольшими группами на восток. Добровольцы оставались прикрывать отход; с ними нужна была одна санитарка. Подруги тянули жребий. Пожелтевший берёзовый листок достался Лене Беловой.
Обычно серьёзная, даже суровая, Лена вдруг стала ободрять остальных. По воспоминаниям Н. Пешковой, она обещала: следующим вечером снова будут вместе. Неподалёку строчили пулемёты. За ночь батальон ушёл далеко, а Белова осталась с прикрытием.
О судьбе отряда подруги узнали лишь через несколько месяцев: по рассказу Пешковой, жители соседнего села сообщили, что добровольцы погибли и похоронены в братской могиле. Точная дата и место не установлены. Последней личной памятью о Лене осталось прощание, на котором она сама старалась всех развеселить.
Читайте далее: https://historydays.ru/velikaya-otechestvennaya/serial-ww2-ww2-s194110-08-belova-lot/
Новобранцев учили возле мастерских
Резвый подпоручик, прозванный «корпусной штукой», за столом любил проделки. Возле орудий у него было другое любимое занятие: следить за обучением новых солдат. Прежде он был ротным фельдфебелем и хорошо знал строй.
Под Тарутином фейерверкеры учили новичков рядом с мастерскими. Вокруг чинили лафеты и сбрую, готовили лошадей к дороге. Рота приводила в порядок снаряжение и учила людей, которым предстояло с ним служить.
Митаревский запомнил эту работу на виду у офицерского приюта. Следующий поход ещё только ожидали; лагерная передышка позволяла передать новым солдатам опыт старых артиллеристов.
Читайте далее: https://historydays.ru/1812/serial-1812-ser-1812-2026-10-07/
Колонна ушла в обход, группа Жаренова осталась у дороги
У Маклаков дорогу перекрыли подбитые грузовики. Листратов стрелял из «максима» на полуторке, Жаренов подавал ленту, пока основная колонна связистов уходила в обход. Затем повредило пулемёт и ранило комиссара; его увезли, оставшиеся спустились в овраг.
Группа выходила отдельно. В Огульцове помог кузнец Фёдор Егорович, шофёр Комков спас грузовик и догнал товарищей. При следующем столкновении погиб Горностаев. По пути искали горючее и везли раненых.
Через несколько дней и ночей добрались до Белёва, передали раненых и нашли батальон. Точные даты неизвестны. Этот путь и другую, госпитальную дорогу Листратова сохранил поздний рассказ Жаренова.
Читайте далее: https://historydays.ru/velikaya-otechestvennaya/serial-ww2-ww2-s194110-06-signal-column/
Раненые просили вести к «Софийскому»
В тарутинской компании доктора узнавали по фуражке: по мере выпивки козырёк уходил от глаз к затылку. Митаревский запомнил его умным и разбитным собеседником. А затем рассказал, кем тот стал впоследствии.
Софийский прославился как искусный оператор. Раненые офицеры и солдаты просили вести их к нему. Митаревский сам видел его перевязки и операции, поражался хладнокровию.
Приятели в шутку звали доктора мясником. Он смеялся в ответ: и насмешник ещё может попасть к нему в руки. За общим столом это было поводом пошутить; после боя знакомство с врачом могло стать необходимостью.
Читайте далее: https://historydays.ru/1812/serial-1812-ser-1812-2026-10-06/
Коней вывели через разобранный забор
Разъезд Дмитриева ночевал на окраине Шиленена, когда с поста сообщили о немецких велосипедистах в городе. Корнет приказал закрыть тяжёлые ворота. Одни кирасиры открыли огонь, другие стали разбирать задний забор.
Через новый проход вывели коней и ушли по полевым тропам. В Пликлаукене Дмитриев поднял взвод Эвальда. Дальше отходили вместе, под обстрелом самокатчиков и упомянутого в полковой истории броневика.
На правом берегу Шешупы оба разъезда остались оборонять брод у Рукшне. Ночной выход закончился новой службой у воды. Рабочая датировка эпизода — 6–7 октября 1914 года.
Читайте далее: https://historydays.ru/pervaya-mirovaya/serial-ww1-ww1-on-004/
Ночью сапёры проверяли проволоку перед Юрьевским
После дня неудачных попыток продвинуться сапёры с пехотными разведчиками вышли перед юрьевскими позициями. Было десять вечера. До рассвета требовалось найти направление новой атаки. У неприятельских окопов обнаружили проволочные препятствия.
Около двух ночи ракеты осветили фронт, начался сильный огонь. Журнал предполагает, что разведчиков заметили. О снятии проволоки он не сообщает. На следующий день полк снова наступал, затем укреплял достигнутую линию.
К третьему дню окопы устроили на гребне и ниже, на обратном скате. Верхние занимали ночью, нижние — днём, чтобы уменьшить потери. Это записи 22–24 сентября, в рабочем пересчёте — 5–7 октября 1914 года.
Читайте далее: https://historydays.ru/pervaya-mirovaya/serial-ww1-ww1-on-011/
1311-й остался за линией своих
Утром 5 октября Иванов сообщил, что соседний запасной полк ночью ушёл. По воспоминанию Первенцева, фланги дивизии оказались открыты. Около одиннадцати началось наступление; сильный удар пришёлся на 1311-й.
Ноябрьский доклад фиксирует: полк отрезали от дивизии. Он отходил отдельно, северо-западнее железной дороги Киров — Сухиничи. Маршрут штабной группы через Космачево и Котовец нельзя считать его дорогой.
К 17 октября в полку учитывали 573 человека, включая 51 представителя командного состава. Старых бойцов и пополнение документ не разделяет. Это свидетельство восстановления части, а не точное число вышедших из боя 5 октября.
Читайте далее: https://historydays.ru/velikaya-otechestvennaya/serial-ww2-ww2-s194110-05-cut-regiment/
Огни погасили перед Лористоном
5 октября в русском лагере отслужили молебен перед сражением и приготовились к бою. Вечером приказали потушить все огни: к Кутузову ехал генерал Лористон.
Наутро Павел Пущин начал дневник словами: «Ничего нам не известно о вчерашнем свидании». Некоторые уверяли, что заключат мир. Капитан не знал ни условий, ни результата разговора.
Ещё через два дня пришёл другой слух: французы грозят атаковать. Вслед за ним Пущин записал, что взяли несколько пленных. День, начавшийся подготовкой к сражению, оставил после себя ожидание мира; подтверждения этому ожиданию капитан так и не получил.
Читайте далее: https://historydays.ru/1812/serial-1812-ser-1812-2026-10-05/
Роман привезли без последней части
В Тарутинском лагере читали книги с пропущенными томами. Из трёх частей могли привезти первые две, последние две или оставить читателя без середины. Это не останавливало: вечера и ночи становились длиннее.
Книги забирали из опустошённых помещичьих домов во время фуражировок. Другие офицеры добывали столы и кресла; в маленьком укрытии роты Митаревского предпочли обойтись без мебели, зато книг накопилось немало.
После обеда читали и курили трубки. Вечером у огней пили чай из медного чайника — самовара не было, а стаканы иногда приходилось занимать. У лагеря появился свой домашний порядок. Только развязку романа к нему доставляли не всегда.
Читайте далее: https://historydays.ru/1812/serial-1812-ser-1812-2026-10-04-books-in-camp/
Евтехов вернулся с перевязанной рукой и снова взял кабель
Евтехову перевязывали руку, когда пришёл новый вызов: пропала связь с «Гусем». Перед этим он дважды ремонтировал провод под огнём. После ранения закончить работу и выбраться помог Панфилов.
Остальные связисты были на заданиях. Двое вернувшихся снова взяли катушку кабеля и трубку ТАТ. Позже повредило радиомашину; за исправной аппаратурой отправили других людей, а повозочники заняли оборону у командного пункта.
Историю сохранил политрук 867-го батальона Александр Жаренов. Точный день первых боёв 3–5 октября и подразделение под адресом «Гусь» не установлены. Известен сам повторный выход — после уже законченного ремонта и ранения.
Читайте далее: https://historydays.ru/velikaya-otechestvennaya/serial-ww2-ww2-s194110-04-cable-repair/
Ночью батальон поднялся к перевалу и нашёл позиции пустыми
Главные силы 31-й дивизии шли в обход Ужокского перевала. Движение по горам без дорог затянулось; низкие облака мешали артиллерийской разведке. К вечеру 4 октября 1914 года войска устали, бой пришлось остановить.
Карг предложил ночной налёт. Поднявшийся к перевалу батальон нашёл позицию пустой: казаки Павлова уже ушли. Австрийская история объясняет их отход угрозой флангу и тылу.
Но утром преследователи встретили арьергарды на следующих высотах. Их заняли лишь к вечеру под огнём горных орудий. Перевал достался без ночного боя; за ним дорогу снова пришлось открывать силой.
Читайте далее: https://historydays.ru/pervaya-mirovaya/serial-ww1-ww1-on-103/
Серебрянский вернулся за Гончаренко
Гончаренко проверял слух об уходе немцев из Владиславова. Укрыв взвод за стогом, он писал донесение. Часовой смотрел на разъезд справа и пропустил велосипедную роту, подошедшую по канаве. Первый залп застал людей у стога.
Офицер отправлял всадников по одному через открытое поле. Но его собственный конь вырвался у вестового. Серебрянский увидел пустое седло, повернул назад и поднял Гончаренко поперёк своего седла.
Коня Серебрянского легко ранили две пули, но он вынес обоих за гребень, на укрытый склон. Воспоминание не содержит точной даты; по соседним событиям книги его относят приблизительно к 2–3 октября 1914 года.
Читайте далее: https://historydays.ru/pervaya-mirovaya/serial-ww1-ww1-on-003/
Баню разобрали на бивуаки
Артиллеристы устроили баню в оставленной избе за речкой и успели попариться несколько раз. Даже раненого Митаревского однажды туда затащили. Узнав об удобстве, пехотные офицеры попросили истопить для них.
Посланные люди нашли пустое место. Избу разобрали на лагерное жильё — как и другие дома деревни, жители которой ушли в леса. Пока одни собирались снова мыться, другим понадобилось прочное укрытие.
Читайте далее: https://historydays.ru/1812/serial-1812-ser-1812-2026-10-03-camp-huts/
